Глава 24.

УТРО НОВОГО ДНЯ

Утром он решил идти на завтрак в обычное время и ничего не менять.
Чего изгаляться? Всё прошло и не имеет смысла. Она тоже пришла в обычное время.
- Доброе утро, - сказала она.

Какой голос бесцветный. Таким голосом она разговаривает с таксистами и официантами. С ЛЮДЬМИ она таким голосом не разговаривает. Как она его делает? С ЛЮДЬМИ у неё голос - как солнце! Его хочется слушать и купаться в нём бесконечно! Как она его делает? Столько там тепла, любви, ласки, поддержки. И силы. Откуда у неё столько силы? Она ведь ничего не делает, ничего из себя не представляет. Все мужики в этом отеле её заметили. Что я, слепой, что ли? Взгляд на неё, взгляд на меня, и следом - зависть. Что в ней такое они видят? Что в ней такое меня прибило?

Интересно, а как пахнет её секрет? Ведь есть же у неё свой личный женский запах? Он или сладкий, или терпкий…
Господи, ну о чём я думаю?!

М: - Я сегодня уеду.
Х: - Хорошо.
Как в старых мелодрамах про разбитую любовь и супружескую измену.
«Хорошо» - своим ФИРМЕННЫМ бесцветным голосом.
М: - Я не прошёл твой тест.
Х: - Можно взять у тебя сахар?
М: - Можно.
Х: - Счастливо долететь.

Поели молча.
Она спокойная, как так и надо. Ни вины, ни сожаления - ни даже злорадства нет на её лице! Просто лицо, приветливое, спокойное. Не хмурое, не задумчивое, не озабоченное. Просто лицо! Как у куклы, чёрт возьми!
Он стал злиться. Небом быть, конечно, клёво, но сейчас он опять чувствует всю бесполезность этой затеи - а себя дураком.
Ну и чёрт с ней!
Наверное, он думал, что-то произойдёт сегодня утром. Наверно, он как-то надеялся. С ней всегда что-то происходило, он привык. А тут всё просто. «Хорошо. Счастливо долететь». Бесцветный голос. «Лица стёрты, краски тусклы, то ли люди, то ли куклы»…

Пошёл в номер. Надо позвонить и собираться.
На полу записка: "Если любовь в человеке однажды рождается - она больше никогда не умирает. Она только ищет просторный сосуд, способный её принять. А если что-то умерло вчера - это была не любовь. Так, мечта, вожделение, страсть. Любовь - это то, что приходит без спроса, живёт без границ и остаётся даже тогда, когда умирает ВСЁ.
P.s. Массаж на пляже в 15.00"

Он не знал, что ему делать.
Его трясло от злости (что за игры?!), недоумения (когда она успела её сюда положить?!), от счастья (значит, я нужен ей? Не просто "счастливо долететь" - и всё!), его душили слёзы и бешенство.
Что за чёрт?!
Переспал и забыл! Вспомнил, позвонил, сводил в ресторан - и ещё переспал. И опять на время забыл. А тут даже не переспал ещё - и какие-то бурные переживания!
В 15.00 на пляже. Сейчас 10. Сто раз можно согласиться и передумать.
К чёрту всё, что за игры!

Он смял бумажку и бросил на пол. Решительно и с силой открыл дверь.
Йо2 - Как-то слишком решительно. Двери-то поди не надо ломать.

Постучал. Тишина. Прислушался. Тишина. Никого нет там, за дверью. Ни вода не шумит, ни кровать не скрипит. Пошёл на пляж - рано ещё, мало народу. Пошёл в клуб - в джакузи блондинка. Посидел там - из массажной вышла не она.
Затаилась где-то, гадина.

Пошёл собирать вещи. Потом сел на кровать, посидел. Пошёл сел на балкон, там посидел. Другой бы, если бы и не курил - уже закурил бы сгоряча. Или напился. А ему лень. Она права была, зараза, не следует менять привычек резко, по ситуации. Потом хлопот с ними. Он всегда это знал. Сейчас пожалел, что не курит.

Включил новости - про него ничего не говорят, про неё тоже, про их будущее - и подавно. Не интересно. Выключил.
На пляже в 15.00. А обед в два! И как она будет вести себя на обеде? Хорошо, посмотрим!
Дождался обеда - она не пришла.
Пошёл собирать вещи.
Сел. 15.05.
Идти - или не идти?
Почему он вообще до сих пор не уехал?!
Кто придумал, что мужчина - сильная половина, если он так сильно зависим от женщины?!
Уеду. Не прошёл тест. Подумаешь, секретная продавщица!
Массаж она классно, конечно, делает. И скучно с ней никогда не бывает. Как ей это удаётся? Она всегда разная. Лица носит разные, манеры меняет от настроения. Вся жизнь - игра.
Уеду. У меня там сделки, важные обеды. Надо ещё какой-нибудь новый отдел придумать, поставки замутить.
После работы - домой... Плазму себе новую купить и мотик.
Ну и что дальше?!..

Пришёл на пляж. Всё обошёл - её нет. Сердце оборвалось куда-то в пятки.
Опять она меня обманула!
Обошёл всё ещё раз.
- Привет!
Ага, наш фирменный бесцветный голос! Раньше она со мной так не разговаривала! Нет, вру, разговаривала. Когда в домофон ей звонил.
Лицо каменное. Каменное! Волнуется?!
- Ложитесь, мистер.
Хотел просто схватить её в охапку - но что-то сдержался.
Лёг.
Пальчики её пошли по спине, по шее, перешли на руки.
И он опять стал синим небом.

***
Я остался.
И я живу.
Она говорит:
- На завтра обещают дождь.
Голос тёплый, как мама. Так хотелось сейчас повернуться и увидеть её лицо! Но было вместе с этим сладко лень. Он принялся фантазировать, как она хмурится и закусывает губу - она всегда так делает, когда чем-то увлечённо занимается.
- Знаешь, Макс, если расставаясь, ты можешь вспомнить только себя, свои обиды - и не можешь вспомнить этого человека, его привычки, манеры - значит, его ещё на самом деле не было в твоей жизни. Было только твоё желание иметь и обладать, и быть любимым.

Ио2 - Вот ведьма! Мысли читает что ли?

М: - Почему ты не хочешь со мной секса?
Х: - Потому что я потом захочу продолжения. Захочу ещё секса. Захочу быть открытой. Захочу позвонить тебе и сказать, как я тебя люблю - а у тебя совещание и тебе некогда. Захочу, чтобы ты думал много обо мне, как я о тебе. А у тебя куча сделок и тебе некогда. Захочу быть для тебя самой лучшей, буду стараться делать причёску, а ты не заметишь. Буду бояться тебя потерять. И опять это будет сплошная боль и зависимость, зависимость, зависимость!...

Что-то упало ему на спину.
Он резко повернулся:
- Ты плачешь?!
- Нет.
Слёзы текли ручьями, но её лицо старалось сделать вид, что они чужие. Лицо старалось улыбнуться. Выходило криво.
- Девочка моя, так ты просто боишься жить и пытаешься всё контролировать!
Не плачь, не могу смотреть на твои слёзы!
- Хорошо.
Бесцветным голосом. И ушла в море.
Он лег и стал смотреть в небо.

Вот и всё. Бастион пал. Всё теперь будет хорошо. Будет секс, и романтические прогулки. Она будет спать в автобусе у него на плече.
Он будет звонить ей после совещания и спрашивать: «Киска, что ты делаешь?»

Йо2 - Фу, как пошло! Почему киска? Она ведь не блондинка с карамельными губками с 4го этажа!
Йо1 - А как тогда сказать?
Йо2 - Привет, дорогая, чем занимаешься?
Йо1 - Боже мой, ещё хуже!
Йо2 - Привет, заноза! Как там наш секретик поживает?
Йо1 - Вот это в самый раз! Но только такие мысли не для пляжа!

Да и не известно всё ещё на самом деле. Вполне может выкинуть какой-нибудь фортель! Надо брать, пока тёпленькая!
Побежал в море.
Схватил, потащил, мы визжим, хорошо!
Потом всё-таки решил закрепить рубежи. Обнял и... Как же всё-таки сладко с ней целоваться! Он это в первый раз тогда ещё заметил - у него голову сразу отключило, когда он почувствовал, как она ему мягко, но явно и с удовольствием отвечает.
Как-то в этой женщине всегда всё в меру! Что его безмерно удивляет и радует. Но эта её любовь к психоделу... Надо это дело прекращать.
А глаза хитрые-хитрые! Опять задумала что-то, чертовка.

***
Следующие несколько дней прошли как в любом самом пошлом и дешёвом романе. Голову оставили на море в 15.00 по массажному времени. Были совершенно неприлично счастливы, особенно он, потому что неожиданно получил всё, что хотел - и даже много больше. Был у него в кармане слабый страх, что все эти накрутки и надстройки из-за конкретных у неё проблем по сексу. Холодная там какая-нибудь, фригидная, напряжённая – или ещё что-нибудь. Но проблем почему-то не оказалось. Причём совсем не оказалось никаких. Ей нравилось всё, что ему тоже нравилось, а его дико злила её полная в этом вопросе непосредственность и открытость. Она могла совершенно честно смеяться на интимные темы и не испытывала от своих желаний никого смущения.

Когда он опять слышал в ресторане её бесцветный голос с официантом - он немедленно лишался рассудка, теперь ЯСНО представляя и зная, что за этим бесцветом кроется.

Никогда не знал - и даже не догадывался! - что может столько раз подряд доставить женщине такой экстаз! Он чувствовал себя героем и самцом.

Она отдавалась сексу с такой же полнотой, как и продавала сумки - всё остальное переставало для неё существовать: только она, он и их совместная радость.
Интересно, насколько её хватит?

Её хватило на три дня.
Потом утром она потянулась и, погладив его главное место, сказала:
- Я думаю, нам надо отдохнуть.
- Да я думаю, отдохнуть точно надо!
- А, ты тоже согласен?
С таким искренним удивлением, словно и вправду общалась там не с ним.

Но как-то обещанной зависимости он у неё не наблюдал. Только шкодить стала ещё больше.
Собиралась идти на обед в нижнем белье.
- А что, я теперь при парне, официально с кавалером, есть кому заступиться! А то жарко там сильно...
- Ну надень купальник тогда!
- В купальнике я уже выходила! Нужно менять наряды!
Провозились (пришлось самому её одевать!), едва не опоздали.

А когда сексом заниматься уже больше не могли - опять пришло ощущение неба.
М: - Я не заметил в тебе той зависимости.
Х: - А ты и не увидишь. Я ведь тебе не покажу. Я тебя берегу и травмировать не буду.
М: - Почему ты всё знаешь про меня?

Потом однажды он сказал:
- Я в тебя тогда сразу влюбился. Я только не понял. Меня тянуть просто стало - и всё. А потом ты меня разозлила.
Но я и не думал, что мы действительно так похожи!
Х: - Да где я на тебя похожа-то, сам посмотри! У меня и борода не растёт!
М: - Да не ври, всё у тебя растёт, только в другом месте!
Х: - Да, это точно, все наши разговоры о политике тоже заканчиваются этим пунктом.

Уже в самолёте, когда она отказалась спать у него на плече, потому что неудобно (достала какую-то древнюю подушку, бесстыдно надула её и легла спать на окно), он узнал, что она в него тоже сразу влюбилась.
Х: - Я думала, всем видно меня насквозь. Я старалась, чтобы меня так явно не трясло.
М: - А чего потом ты столько выкобенивалась?!
Х: - Да я даже думать об этом не хотела! Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Зачем опять все эти муки? Сначала надежда, любовь, окрылённость. Потом всё не так, всё опять через страхи. Мне уже так уютно было в моей жизни, я ничего не хотела менять.
М: - Ничего не понимаю. Но ты ведь натурально злилась на меня и орала тогда в домофон! И голосом со мной разговаривала вот как сейчас с официантом! Это всё притворство что ли было?
Х: - Да не было притворства. Влюбилась-то я в ТЕБЯ! А меня твоя похоть домогаться стала. Ты же привык получать, что хочу. Тебе что-то глянулось в продавщице - и надо получить во владение немедленно. Там тебя в это время и не было. Амбиции были, желание, страсть. А тебя – не было.

Прилетели домой.
Х: - Отдыхай поезжай. Я доеду сама.
М: - Хорошо. Я тебе позвоню.